Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

К.В.Карпинский "Психология жизненного пути личности"

счастье, наслаждение, самоактуализацию самоцелью и самодостаточным смыслом, психологическая удовлетворенность жизнью тотчас же улетучивается. Секрет смысложизненного выбора, по С. Л. Рубинштейну, в том, чтобы избрать достойные ценности и цели, по мере достижения которых счастье и самоактуализация придут сами собой [58, с. 369]. «Не погоня за счастьем как совокупностью удовольствий и наслаждений является целью и смыслом человеческой жизни, как это утверждают гедонизм и утилитаризм» [58, с. 349]. «То же самое относится в принципе к проблеме самоусовершенствования человека: не себя нужно делать хорошим, а сделать что-то хорошее в жизни – такова должна быть цель, а самоусовершенствование – лишь ее результат» [58, с. 384].

С. Л. Рубинштейн разводит личностный смысл жизни и ее историческое значение, то есть смысл, который она приобретает в контексте развития человечества. Если личностный смысл жизни принадлежит субъекту жизни и является результатом направления жизненного пути на определенные ценности или их группу, то историческое значение жизни оценивается по вкладу, который внес человек в историю и культуру. Субъективно осмысленная жизнь может не иметь абсолютно никакого исторического значения и, наоборот, общественно значимая жизнь может казаться личности лишенной всякого смысла. Кроме того, общественное значение зависит от того исторического контекста, в котором оценивается жизненный путь личности. В этой связи С. Л. Рубинштейн пишет: «Поскольку человек – часть народа, общества, жизнь человека как такая незавершенная тотальность (а не только процесс, пока человек живет) входит в жизнь народа, человечества и продолжается в ней. При этом будущие дела уже других людей могут изменить смысл моей жизн

и, ее объективный смысл для других людей, для человечества, но в зависимости от того, какое содержание я сам ей придал» [58, с. 355]. В тех случаях, когда человек совершает в своей жизни поступки, которые преобразуют ход человеческой истории, имеют длительный общественный резонанс, он становится

«исторической личностью в собственном смысле слова» [57, с. 247]. В концепции С. Л. Рубинштейна заявлена проблематика, во многом идентичная предмету экзистенциальной психологии. Это, в частности, проблема свободы, проблема отношения человека к человеку, проблема любви и отчуждения, проблема смысла жизни и бессмысленности, проблема отношения к смерти и, наконец, проблема личности как субъекта жизни. Однако методологический подход С. Л. Рубинштейна кардинально иной, нежели в экзистенци-

альной психологии. Стержнем рубинштейновской методологии является субъектный подход, согласно которому личность является активной детерминантой своего жизненного пути. Огромное значение в рубинштейновской концепции жизненного пути также придается принципу детерминизма, деятельностному подходу и принципу единства личности, сознания и жизнедеятельности [1].

В психологическом аспекте свобода понимается С. Л. Рубинштейном трояко: 1) как самодетерминация, то есть вклад «внутренних условий» в жизненные выборы и созидание жизненного пути личности; 2) как свобода личности от социальных условий жизненного пути; 3) как сознательно-волевая регуляция жизненного пути личности [58, с. 360]. Свобода противостоит механическому детерминизму человеческой жизни, поскольку человек способен вклиниваться в цепь причин и следствий и разрывать ее. Выход человека за пределы причинно-следственной детерминации происходит в сознании и действии [58, с. 341]. Степень ограничения свободы сугубо индивидуальна и зависит от объективных условий жизненного пути и способностей личности. Свобода личности по отношению к неизбежным ограничениям жизненного пути проявляется в их отрицании или, напротив, в утверждении их решениями и поступками. Ключевыми условиями человеческой свободы С. Л. Рубинштейн полагает осознание данностей бытия и наличие смысла жизни, которые помогают личности превозмочь

ситуацию в плане сознания и действия. Свобода человека простирается не только на внешние условия жизненного пути, но также на его внутренние условия – свойства и качества личности. Поступая в соответствии с будущим проектом самого себя, человек становится тем, кем он желает быть; выбор человеком способа действования есть выбор собственной личности. Таким образом, для того, чтобы детерминировать свое будущее и освободиться от прошлого, человек должен предпринять определенные действия. Наличное состояние личности и ее жизненного пути – результат прошлых поступков человека.

«Мое действие отрицает меня самого в каком-то аспекте, а в каком-то меня преобразует, выявляет и реализует... Человек непосредственно своим действием должен стать (быть) тем, что он есть

(еще не есть), и перестает быть тем, что он есть... Человек есть существо, имеющее «проект». «Проект» он потому, что в нем существование предшествует сущности...» [58, с. 344, 361]. Возможность человека определять свое будущее равносильна возможности определять каждый из прошедших этапов жизненного пути, поскольку все они когда-то были будущим. Легко заметить, что такое

понимание свободы по основным позициям совпадает с положениями экзистенциальной психологии. «Свобода понимается не как свобода от всего, недетерминированность вообще, а как свобода по отношению к конкретным условиям, наличному бытию, данной ситуации» [58, с. 345].

Концепция жизненного пути С. Л. Рубинштейна является одной из первых концепций, в которых проблема смерти ставится в психологическом аспекте, то есть как проблема отношения человека к собственному финалу. Смертность, конечность представляет серьезное психологическое испытание для личности в силу того, что предвидение наближающейся смерти обессмысливает ее жизненные достижения, демобилизует и деморализует ее. «Чтобы понять истоки этого чувства, нужно понять вначале реальную диалектику жизни и смерти, которая затем и порождает отношение к ним человека» [58, с. 354]. Другими словами, необходимо распознать объективный смысл смерти в контексте индивидуального жизненного пути. Смерть может иметь совершенно разный жизненный смысл в зависимости от тех обстоятельств, в которых она настигла человека. Объективно трагичной смерть бывает тогда, когда она обрывает реализацию важных жизненных обязательств, застает человека в процессе осуществления им смысла жизни. В ситуации, когда человек влачит бесцельное суще

ствование, просто

«прожигает» свою жизнь или полностью реализовал себя, объективный смысл смерти не столь трагичен. Жизненный смысл смерти определяется, с точки зрения С. Л. Рубинштейна, двумя обстоятельствами: 1) тем, насколько оконченным, завершенным, воплощенным является жизненный замысел человека к моменту наступления смерти, 2) тем, насколько своим уходом из жизни человек не бросил на произвол судьбы других людей, которые связывают с ним свои надежды и ожидания [58, с. 355]. Возможна ситуация, когда смерть, не будучи трагичной для самого человека, является весьма драматичной для окружающих его людей. Основная проблема в отношении человека к собственной смерти – это реалистическое соответствие объективного жизненного смысла смерти и субъективного отношения к ней человека. Осознание собственной конечности или чувство приближающегося финала стимулирует поиски человеком смысла жизни. Нередко человек способен «прозреть» по отношению к смыслу жизни, только представ перед лицом смерти в критических обстоятельствах. Как пи

шет С. Л. Рубинштейн, «факт смерти превращает жизнь человека не только в нечто конечное, но и окончательное. В силу смерти жизнь есть нечто, в чем с известного момента ничего нельзя изменить. Смерть превраща-

ет жизнь в нечто внешне завершенное и ставит, таким образом, вопрос о ее внутренней содержательности. Жизнь человека в силу факта смерти превращается в нечто, чему подводится итог» [58, с. 354–355].

Среди множества разнородных жизненных отношений личности С. Л. Рубинштейн особо выделяет любовь как отношение человека к человеку. С точки зрения ученого, любовь – это такое жизненное отношение, которое способствует преодолению отчуждения между человеком и другими людьми. Противоположностью любви выступает ненависть, которая осложняет, обедняет отношения с окружающими и образует разрыв между субъектом и миром. Главной особенностью любви является отношение к другому человеку не как к «социальной маске», роли или функции, а как к личности в ее подлинной психологической сущности. Не обращать человека в «маску» – такова первая заповедь любовного отношения человека к человеку. В этой связи любовь выступает как «утверждение существования другого и выявление его сущности» [58, с. 373]. Любовь в концепции С. Л. Рубинштейна рассматривается не только как чувство или субъективное отношение, но также как мотив, который побуждает преображать, улучшать, облагораживать условия жизни любимого человека. Кроме то

го, в ней усматривается воспитательный смысл и для субъекта, и для объекта любви. Субъект любви совершает воспитательные поступки, которые изменяют обстоятельства жизни любимого человека и, тем самым, совершенствуют его. «Воспитательный поступок в широком смысле слова – это поступок, предназначенный для других, который должен отвечать требованию – стать реальным условием надлежащей человеческой жизни для других» [58, с. 372].

В заключение отметим, что С. Л. Рубинштейн является основоположником российской версии экзистенциальной психологии, а точнее – психологии человеческого бытия, о которой речь пойдет ниже. «Бытие человека и есть процесс его человеческой жизни», – пишет он. Это положение весьма созвучно экзистенциальным представлениям о жизненном пути личности, выраженным в формуле:

< Назад | Дальше >