Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

К.В.Карпинский "Психология жизненного пути личности"

ким достижениям и самосовершенствованию. В результате вырастает конкурентоспособная личность, нацеленная на жизненный успех. Аналогичная ситуация развития действует на средних детей в многодетных семьях.

4. Положение самого младшего (последнего) ребенка является самым выгодным с точки зрения развития нормального жизненного стиля. Ему не угрожает ситуация «монарха, свергнутого с трона»; ему не нужно конкурировать за любовь родителей. В общем, его детство лишено психотравмирующего опыта, который может сильно деформировать стиль жизни. Однако наряду с многими «плюсами» существуют некоторые «минусы» в его семейном положении. Например, ситуация, когда младший ребенок вынужден донашивать одежду старших детей, не проходит бесследно для его жизненного стиля. В нем созревает здоровое чувство конкуренции со старшими сиблингами. Кроме того, старшим детям нередко поручают присмотр за младшим ребенком, в силу чего последний теряет свою независимость.

Социальная ситуация развития брошенных, осиротевших, социально депривированных детей является наиболее губительной для развития смысла жизни и жизненного стиля личности. В целом же конфигурация семейной ситуации развития в каждом отдельном случае является уникальной, равно как и жизненный стиль личности, складывающийся в этой ситуации. Если Фрейд утверждает, что

«все мы родом из детства», то Адлер добавляет, что это детство протекает в семье.

По механизмам формирования жизненный стиль является социогенным, то есть производным от социальной среды и социального взаимодействия образованием личности. Некоторые элементы жизненного стиля ребенок перенимает у людей, с которыми он сталкивался с раннего детства. Наиболее важная особенность жизненного стиля – баланс социального интереса и стремления к превосходству – также детерминируется социальным окружением ребенка. «Кроме рассмотрения жизни индивида как единого целого, мы должны также учитывать ее социальный контекст. Поначалу дети рождаются слабыми, и их беспомощность делает необходимым, чтобы за ними ухаживали другие люди. Таким образом, стиль жизни или модель жизненного поведения ребенка нельзя понять без учета людей, которые ухаживали за ним и восполняли его неполноценность» [2].

Из концепции стиля жизни вытекает еще одна фундаменталь-

ная проблема, над которой Адлер трудился последние годы своей

жизни. Эта проблема – смысл жизни, образующий функциональное ядро индивидуального жизненного стиля. Индивидуальная психология А. Адлера является исторически первой теорией, в которой смысл жизни заявлен как особая психологическая проблема. Адлерианская концепция длительное время оставалась единственной психологической теорией смысла жизни. Альтернативу ей составили экзистенциальные подходы, в частности логотеория В. Франкла. Вплоть до настоящего времени в области психологических исследований смысла жизни конкурируют две влиятельные научные традиции – глубинная и экзистенциальная психология. Психоаналитическая традиция в изучении смысла жизни ведет свое начало от теории Адлера, экзистенциальная традиция берет исток в работах Франкла.

Главным пунктом расхождения этих подходов является вопрос о механизмах генезиса и изменения смысла жизни. С позиций глубинной психологии смысл жизни созревает в структуре личности в детском возрасте, приблизительно к 5 годам. Он является частью подсознания и долгое время может не рефлексироваться человеком, незаметно детерминируя его поступки. Осознание и понимание смысла жизни – это особая мыслительная задача для человека. Рефлексия смысла жизни, тем не менее, не позволяет человеку изменить его. В глубинной психологии, таким образом, общий теоретический принцип – «генетическая предпосылка» – проецируется на проблему смысла жизни. Получается, что человек является плененным «заложником» смыслового опыта детства, задающего индивидуальную жизнь на многие годы вперед. В экзистенциальной психологии, напротив, личность считается свободной и ответственной в вопросе о смысле собственной жизни. Она вольна сознательным решением избрать для себя определенный смысл и преданно служить ему. Жизненные

обстоятельства могут вынудить ее пересмотреть смысл своей жизни и снова поставить в ситуацию смысложизненного выбора. В любом случае не смысл жизни программирует жизненный путь личности, а личность выбирает смысл жизненного пути и этим выбором определяет свою судьбу. Действительно, между глубинной и экзистенциальной теорией прослеживаются существенные разночтения по вопросу о смысле жизни. Вместе с тем, некоторые исследователи стремятся к компромиссу между этими традициями в научных исследованиях и психотерапии. За последние годы разработаны интегративные модели смысла жизни, вбирающие лучшие достижения глубинной и экзистенциальной психологии [105].

Вернемся теперь к первоистокам проблемы смысла жизни в учении Адлера. Проблема смысла жизни была подсказана Адлеру макросоциальными изменениями, которые происходили в современном ему обществе. Западная цивилизация в 20–30-е годы прошлого столетия содрогалась от различного рода социальных кризисов и катаклизмов – экономических, политических, идеологических. Усиливающийся милитаризм, идеологическая экспансия, политические перевороты и экономические обвалы – все это характеризует историю западного общества той поры. «Лихорадило» общество и в человеческом измерении. Крушение смысла жизни, разочарование в идеалах, потеря вкуса к жизни, разобщение человеческих сообществ и проблема одиночества, разложение моральных устоев общества, загнивание традиционной этики, активная маргинализация населения, упоение формами тоталитарной идеологии и многие другие негативные симптомы стали предвестниками эпохи экзистенциальных проблем человека. Психиатрические клиники переполнились больными, которые мучились отнюдь не сексуальным

и проблемами, как это было во времена Фрейда. Эти больные были одержимы совершенно другими проблемами экзистенциальной природы; их волновали проблемы построения собственной жизни и нахождения ее смысла. Ни медицинская, ни психологическая теория и практика не были тогда готовы к достойному ответу на вызов, брошенный эпидемией экзистенциальных расстройств. Это историческое время дало хороший урок медицинским и гуманитарным наукам, в том числе психологии. Урок заключался в том, что человеческая природа была открыта с абсолютно другой стороны. Человек, как оказалось, не так уязвим на уровне своего биологического существования и не столь чувствителен к проблемам биологического выживания, как это считалось ранее. Затруднения социального порядка и духовная незащищенность перед экзистенциальными проблемами обнаружили истинные и куда более значимые аспекты человеческого существования.

Таким образом, проблема смысла жизни была навеяна общественным климатом той эпохи, в которой взросла индивидуальная психология. С другой стороны, появление смысла жизни в числе активно обсуждаемых проблем индивидуальной психологии обусловлено собственными тенденциями развития взглядов Адлера. В ранних работах по индивидуальной психологии мы не найдем никаких следов проблемы смысла жизни. Несмотря на то, что концепция смысла жизни явилась сравнительно поздним приобретением индивидуальной психологии, ей удалось сгруппировать вокруг себя

все теоретические конструкты данного учения. Основной предпосылкой для актуализации проблемы смысла жизни в индивидуальной психологии стала явная и непримиримая полемика, которую долгие годы Адлер вел с психоанализом Фрейда. Адлер оппонировал классическому психоанализу по основополагающим положениям, затрагивающим сущность человека. В самых ранних противоречиях положений индивидуальной психологии и допущений традиционного психоанализа четко прорисовывается будущий контур всего гуманистического и экзистенциального психоанализа. Эти противоречия заключались в следующем.

Во-первых, Адлер возражал против тотальной биологизации человеческих побуждений и человеческой природы в целом. Он полагал, что поведение мотивировано социальными побуждениями, а человеческая жизнь в целом подчиняется логике социальных смыслов. В более широком плане данное возражение означало протест против биологической модели человека и признание решающей роли социальной детерминации в человеческой судьбе. «Человеческие существа живут в мире значений и смыслов. Мы не воспринимаем обстоятельства в чистом виде, но лишь в том значении, которое они для нас имеют. Наше восприятие определяется нашими целями и намерениями. Под лесом подразумевается «лес в его соотношении с людьми», а под камнем – «камень как возможный материал человеческого обустройства». Если кто-либо попытается отринуть значения и смыслы и посвятит себя только фактам, он будет весьма несчастлив: такой человек изолирует себя от окружающих, его действия не принесут пользы ни ему, ни кому-либо еще; короче говоря, они будут бессмысленными»

[3, с. 15]. Отсюда следует, что смысл жизни выступает в роли одной из смысловых детерминант жизнедеятельности, которая позволяет индивиду соединиться с другими индивидами в «социальный организм».

< Назад | Дальше >