Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

Семира "Психология религий"

Как буддизм и христианство, суфизм изначально предполагает сублимирующий энергию аскетизм: "суфии" переводится как "носящие власяницу". Уже Бируни, однако, трактует его как "суфос" — "мудрец", что показывает перенос акцента с творчества внутреннего царства на знание о нём. Отказ от внешнего мира и незатронутость его страстями не является целью, достижением служит снятие покрова с истины. Это отражает экзальтацию в Скорпионе Урана — планеты озарения и знания. Знание ("'ilm")— одна из основных категорий ислама, и если сравнить средневековую образованность христиан и мусульман, предпочтение придётся отдать вторым. Именно арабы сохранили и стали развивать научные идеи греков, которые потом у них переняли и христиане, вернувшиеся из крестовых походов.

Нельзя сказать, чтобы христиане, правильно понимающие задачи своей религии, не любили знания или были лишены мистических озарений. Но не знание является маяком и ориентиром религии Водолея, а страдания и терпение земного пути, не высота, но сокрушенность духа (Сатурн, второй управитель Водолея, дающий возможность экзальтации Марса — и сочетание этих качеств как раз даёт максимальную силу на земное воплощение идеи. Отказ от своих устремлений — сокрушенность привлекает внешние силы — энергию "сверху", а страдание и терпение мобилизуют внутренний потенциал — задействуют ресурсы "снизу").

Психология христианства, отодвигая в бесконечное будущее конечную цель единства, делающего всё тайное явным, практически не предполагает существования людей живущих и одновременно достигших высшего познания. В этом сила и слабость христианства: святой человек — это небывалое чудо, в то время как все остальные — лишь недостойные грешники (заблуждающиеся невежды). Этот взгляд водолейского равенства хорош для объединения всех, но может служить тормозом личного познания.

Мировоззрение ислама утверждает, что необразованный человек подобен спящему наяву. Согласно мусульманскому философу Ибн-Араби, знание — это психологическая потребность человека, более сильная, чем потребность в пище. Как и пища, оно доставляет человеку удовольствие. "Душа любит предметы психологического знания, независимо от того, хороши они или дурны,"— пишет философ Аль-Амари. Стремление к познанию имеет ту же природу, что и физическая страсть. И это соответствует тому, что в суфизме знание истины достигается страстной любовью, проникающей до глубин материи. "Только люди сердца понимают язык земли, глины и воды,"— гласит мудрость суфиев.

Истина скрыта внутри вещей как закон единства и борьбы полярностей, как внутренняя энергия материальных предметов, которую символизирует управитель Скорпиона Плутон. Эта энергия, способная трансформировать мир, разрушительна для всех его устойчивых форм. Такое представление позволяет нам понять, почему суфии говорят: красота Бога не может проявиться в мире, как она есть: она сожжет и разрушит всё. Бог создал покров истины, потому что мы не в силах видеть лицо Бога без покрова.

Представление об ослепительном свете Небес и невозможности непосредственного явления божества на земле во всем его великолепии — роднит ислам с иудаизмом и христианством (и даже античностью: вспомним Зевса, испепелившего Семелу, когда она попросила его предстать в своем истинном облике). Но в иудаизме по-Рыбьи милосердный Бог сам снизошёл до людей, облачившись в покровы. Христианство по-водолейски разделило неведомое на две части: бесплотный свет Бога и материальную тьму Дьявола, устремив людей познавать лишь светлую половину своей души. То, что суфизм назвал страшную и ужасную энергию Плутона, которую отвергло христианство, божественной красотой, было историческим шагом вперёд в развитии представлений о мире.

Что же делает восхождение к Богу, снимающее покровы с истины, неопасным: не разрушающим тело и душу суфия? Сердце ищущего должно стать зеркалом, где исчезают все его личные намерения и отражается только красота Бога: человека хранит чистота (неразвращённость) не только его тела, но самого разума, не навлекающая трансформаций на то, что не подвержено тлению. Суфизм предполагает, что в озарении знания, устремляющем человека к Богу (хал: "миг, озарение, вспышка"), исчезают заблуждения нашего "Я!" вместе с ложной оболочкой его обособленности. Любовь — "Ты!"— выводит человека за пределы себя, к водолейскому единству "Мы!". Пророк Мухаммед проповедует от лица этого божественного "Мы". Но в мистическом слиянии с Богом исчезает и "ты" земной любви и "мы" общего единения. "Как только мы покинем понятие "мы", исчезнет "я" и "ты" и останется лишь Бог",— говорит Мевлана. Самосовершенствование предстаёт как шлифовка зеркала души и расширение охвата любви: "я" находит отражение в "ты", в "мы" и, наконец, в Боге. Любовь, как говорит Руми, есть "лестница души". Характерный для Руми и мистиков образ зеркала — символ чистоты души — показывает, что знание суфизма предполагает водолейскую чистоту отражения мира.

И второй характерный образ суфизма — образ чистой воды в колодце: "Каким бы человек ни был, все равно внутри его есть колодец воды, но он не явен. Следует очищать колодец и воду делать явной. Сделай так, чтобы в твоем колодце была вода, и сколько бы ты не брал её и не отдавал другим, не становилось бы её меньше, а наоборот, больше, и чтоб она не стала зловонна, а наоборот, сколько бы ни стояла , становилась все чище и лечила тяжелые болезни". (Азиз ан-дин Насафи. Трактат "Зубдат ал-халк").[57]

Понятие озарения: доходящего до абсурда и возвышающегося над ним, отражает истинную природу Урана и в христианстве и исламе значит одно и то же. Знание озарения выше рациональных идей. "Если стучишься в мир идей — откроют, но подрежь крылья своей мысли, чтобы стать соколом." Православие почитает юродивых, для суфиев безумный выше мудреца. Но озарения христианства в большей степени обращены к психологии человека (Сатурну, падающему в Овне) и предугадывают его судьбу. Поэтому христианство скрывает свои знания, считая, что они, греша субъективизмом, касаются только каждого индивидуально. А озарения ислама обращены к миру, для которого "я"— не более, чем зеркало. И для суфийского мировоззрения "ничто не может быть так бесплодно, как невысказанное знание."

< Назад | Дальше >