Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

Семира "Психология религий"

Буддизм доказывает, что отрешенность совсем не обязательно предполагает окончательное забвение мира или асоциальность: наоборот, согласно психологическому закону экзальтации Юпитера в Раке, за уходом в себя действительно должен следовать возврат к людям. Здесь буддизм разделяет "широкую" и "узкую" колесницу единого пути: махаяну и хинаяну. (Их можно противопоставить как контраст Рака и Козерога: если широкий путь махаяны отражает экзальтацию Юпитера в Раке, то узкий путь хинаяны — это падение Юпитера, но экзальтация Марса.) В махаяне основной акцент ставится не на нирване, а на боддхи: не на совершенстве смерти, а на жизни в состоянии просветлённой святости. Личное совершенствование — низший идеал, а высший — путь боддхисаттвы: суть которого в любви, спасающей других. Нирвана понимается как соединение с великой душой Вселенной (махатманом). Но она присутствует и в мире: как говорится в "Ланкаватара-сутре", нет ни одного существа, которое не обладало бы природой истинной реальности. Психологическая проекция этого — умение Рака растворяться в окружающем мире.

Путь махаяны — созерцание присутствия Будды во всех проявлениях жизни и в себе самом. Это — видение божественности и одушевлённости всей жизни, которое также характеризует восприятие Рака, приспособляющего своё частичное существование к мудрости мира в целом. Такое восприятие полностью отдаёт человека миру, утверждая: "Нет нирваны вне сансары." Почитая относительное, мы почитаем абсолютное, это добродетель, понося относительное, мы поносим абсолютное, это грех. Таким образом, самая отрицающая жизнь религия в своей сути принимает жизнь, как она есть, и в совершенстве приспосабливается к ней, лишь очищая внутреннюю жизнь человека.

Такое отношение к миру становится действительным путём для тонко чувствующей и реагирующей на мир души, близкой лунному психотипу. Но оно может стать оправданием равнодушия тех, чья душа — и без отрицательного отношения к миру — никак не откликается на импульсы внешней жизни и проходит мимо страдания и смерти, просто не давая себе труда их видеть. Поэтому и в самом буддизме есть "узкий" путь хинаяны, где сансара внешних бессмысленных повторений событий, которые день за днем совершает не чувствующая и не осознающая себя душа, существенно отличается от нирваны, которая достигается очищением чувств и просветлением разума.

ИНДИВИДУАЛЬНОЕ СОВЕРШЕНСТВО

АРХАТА

В хинаяне, ранней ветви буддизма, больший акцент ставится на преходящести существования, которое является лишь мгновенной комбинацией сменяющих друг друга дхарм (законов). Дхармы состоят из разума, и это понятие можно представить как образ сатурнианских стабильных сущностей, возникающих на почве бесконечного возникновения-уничтожения (Урана). Состоящее из них "я" (стержень личности Сатурна), с точки зрения изначальных коллективных энергий Урана тоже эфемерно. Когда мы приближаемся к этой сути, воистину "нет мыслящего: есть только мысли; нет чувствующего, существуют лишь чувства". Сознание мыслится причиной неудовлетворенности и возбуждения чувств-скандх: чем загрязненнее сознание, тем выше возбуждённость скандх. Буддизм признает разум лучшей частью существования, и всё же отрицает и его, отождествляя мысль и чувство: любая мысль — то же чувство, направленное на объект, и потому также является привязанностью. Нирвана — это прекращение деятельности сознания (растворение себя во всеобщем покое Нептуна).

В то же время буддизм, предполагая опору на себя, призывает вовсе не к потере, но к кристаллизации своей индивидуальности (Сатурна) среди изменчивого течения жизни и сознания: "Пусть мудрец усилием, серьёзностью, самоограничением и воздержанием сотворит остов, который нельзя сокрушить потоком." (Дхаммапада, II:25). Неимение этой сатурнианской, сущностной основы себя, неуспокоенность мыслей и чувств ведёт к сомнениям, характерным для Рака — самого неуверенного в себе знака. И в буддизме сомнение недопустимо: "Ни хождение нагим, ни спутанные волосы, ни грязь, ни пост, ни лежание на сырой земле, ни пыль и слякоть не очистят смертного, не победившего сомнений." (Дхаммапада, X:141) Чувство относительности всего, возникающее в процессе познания при отказе от прежних воззрений, предстаёт как значимая преграда на пути.

Для обуздания мысли и достижения внутреннего покоя буддизм использует практику медитации, которая ассоциируется с погружением в глубины созерцания Нептуна, который считается эзотерической планетой Рака (планетой его духовного роста). Но акцентируя проблему индивидуальности, буддизм не устремляет человека к тому, чтобы он терял себя до того, как он достигнет предела бесконечности — конечной истины нирваны (Урана и Нептуна). Подобно этому, в потоке изменчивой жизни человек никогда не перестаёт быть собой: напротив, он учится всё более быть собой, не обращая внимания на волны жизненных волнений.

< Назад | Дальше >