Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

А.В. Брушлинскии "Проблемы психологии субъекта"

В целом данные исследования показывают ведущую роль субъектно-личностного уровня в возникновении и особенностях переживания травматического стресса.

Основные стрессогенные факторы были "невидимы", а, следовательно, воспринимались, оценивались и осознавались недостаточно, а ведь ликвидаторы находились в травматической ситуации в Чернобыле от месяца до двух, небольшая часть до полугода.

Перечисленные обстоятельства, а также другие, зачастую экстремальные события, которые возникали в процессе выпол-

нения ликвидационных работ в силу специфичности условий в аварийной зоне, могут быть обозначены как первичные стрсссогенные факторы. По возвращению из Чернобыля ликвидаторы стали подвергаться действию вторичных стрессогенных факторов. Особо важное место среди них занимает "информационный" фактор. Как показывают результаты исследований, большинство ликвидаторов во время работы в Чернобыле либо вообще не были осведомлены о действии радиации, либо их знания были искаженными и недостаточными (масштабы аварии в то время скрывались).

Наступившие вскоре резкие изменения в социально-политической обстановке в обществе способствовали появлению в средствах массовой информации обширного потока материалов об истинных масштабах аварии и о вредоносных последствиях радиационного облучения. Эта информация выступила в качестве основного вторичного стрессогенного фактора, который оказал и продолжает оказывать эмоциональное действие. Здесь особенно отчетливо выступает роль субъекта переживаемых эмоций.

Кроме этого можно выделить еще ряд вторичных стрессогенных факторов:

1) ухудшение здоровья, которое по механизму формирования постстрессовых состояний субъективно связывается в первую очередь с участием в дезактивационных работах;

2) переживание угрозы развития лучевой болезни и, как следствие, предполагаемое сокращение продолжительности жизни;

3) повышение тревожности в условиях производства в связи с переоценкой возможности травмирования;

4) психологические семейные проблемы, связанные с деторождением, оценкой возможностей возникновения аварийных ситуаций и значения их последствий.

Все это позволило выдвинуть предположение о том, что механизм развития PTSD при действии "невидимого" стресса радиационной опасности отличен от явно воспринимаемого, событийно наполненного стресса, который возникает, например, при участии в боевых действиях, катастрофах и т.д. Основное различие лежит в плоскости восприятия травматического переживания. Воздействие угрозы радиационного поражения базируется, во-первых, на рациональном знании о возможных неблагоприятных последствиях такого воздействия, а, во-вторых, на эмоциональных переживаниях.

Уровень осознания субъектом травматичное™ воздействия угрозы радиационного поражения при всей его вариативности в целом невысок. Это заставляет предполагать, что ведущая роль в восприятии и переживании основного стрессогенного фактора угрозы жизни из-за возможности радиационного поражения отводится неосознаваемому уровню психики субъекта.

Уровень осознанности воздействия повышается под влиянием вторичного, информационного фактора — по мере того, как в постсобытийныи период ликвидатор расширяет круг рационального знания о действии радиации на организм человека. Рост знания не всегда ведет к его адекватности, ибо его восприятие по-прежнему опосредствованно индивидуально-личностными особенностями: интеллектуальными и эмоциональными. Это качественное своеобразие определяет либо формирование посттравматического стресса, либо развитие механизмов совладания с последствиями травматического воздействия.

Следует еще раз подчеркнуть, что диагностирование посттравматического стресса происходит с помощью специально подобранного комплекса психологических методик. Сам же субъект, как правило, не осознает связь симптомов своего состояния с травматическим воздействием. При этом воздействие психической травмы происходит двумя основными путями: либо это постоянные навязчивые мысли и переживания о травмировавшем событии, либо старательное их избегание. И в том и в другом случае "черная дыра травмы", по образному выражению одного из американских исследователей PTSD-синдрома Р. Питмана, с неотвратимостью притягивает к себе все мысли и чувства субъекта.

Отсюда очевидна основная задача психологической коррекции: помочь осознать таким лицам причинно-следственную связь симптомов страдания с травматическим переживанием и далее помочь интегрировать сознание субъекта.

Таким образом, все полученные эмпирические данные отчетливо характеризуют разные, но взаимосвязанные уровни активности субъекта, переживающего и в различной степени преодолевающего очень сложные эмоциональные состояния. Место и роль эмоции определяется в зависимости от того, на каком уровне активности субъекта она локализуется: на уровне бессознательного, сознания и т.д. Этим обусловлено и участие эмоций в саморегуляции субъекта, в которой всегда неразрывно взаимосвязаны психическое, физиологическое, биохимическое и т.д., вообще природное и социальное.

Так обнаруживается особенно тесное взаимодействие, в частности, между психологией и психофизиологией [68; 108; 135].

Именно в изучении человека как субъекта психология наиболее отчетливо выступает как единая наука, в самом предмете своего исследования образующая важнейшее связующее звено между обществознанием, естествознанием и техникой (см., например, новую книгу В.Н. Дружинина [46]).

Это относится, конечно, не только к психологии труда и инженерной психологии, но и ко многим другим ветвям нашей науки, например, к психофизике, особенно если иметь в виду принципиально новую стадию ее развития — субъектную психофизику, разрабатываемую К.В. Бардиным и его сотрудниками [15]. В ней главную роль играет не доминирующий в классической и современной психофизике количественный анализ сенсорных характеристик в зависимости от внешних факторов, а уже качественное исследование обусловленности этих характеристик собственной активностью человека как субъекта сенсорных измерений. Здесь особенно важен именно психологический аспект данной проблемы, т.е. прежде всего изучение этого взаимодействия субъекта с объектом на уровне психического как непрерывного процесса, о чем уже подробно говорилось выше.

Указанный аспект наиболее детально разработан в психологии мышления. Последнее объективно выступает у субъекта не только как его деятельность (система действий, операций и т.д.), но и внутри нее как психический процесс, обеспечивающий максимально оперативный контакт человека с миром. В психологии зрительного восприятия В.А. Барабанщиков и его сотрудники [14] тоже делают особый акцент на процессуальности, динамичности чувственного познания.

< Назад | Дальше >