Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

А.В. Брушлинскии "Проблемы психологии субъекта"

Таким образом, по мнению Выготского, каждая новая стадия умственного развития ребенка начинается этапом его сотрудничества со взрослыми и лишь затем переходит ко второму этапу, когда ребенок уже не подражая взрослым и без их помощи начинает самостоятельно решать соответствующие задачи. Так в этом частном случае реализуется уже упоминавшийся следующий очень общий принцип психического развития человека, широко распространенный тогда (и теперь) в психологии и разрабатываемый, в частности, Выготским: "от социального к индивидуальному" [36, Т.2, с. 58]. Следовательно, понятие зоны ближайшего развития представляет собой одно из конкретизации столь общего принципа развития.

Во многом оригинально разрабатывая это понятие, Выготский вместе с тем учитывает и творчески использует достижения своих предшественников и современников, развивающих сходные идеи и потому совсем конкретно раскрывающих обсуждаемую проблему. Например, в декабре 1933 г. Выготский отмечает: ' Американская исследовательница Мак-Карги пока-

зала в отношении дошкольного возраста, что если ребенка от 3 до 5 лет подвергнуть исследованию, то у него окажется аббй'а функций, которую ребенок уже имеет, но есть и другая группа функций, которой ребенок самостоятельно не владеет, но владеет под руководством, в коллективе, в сотрудничестве. Оказывается, что эта вторая группа функций в возрасте от 5 до 7 лет находится в основном на уровне актуального развития. Этим исследованием показано, что то, что ребенок умеет в 3-5 лет делать только под руководством, в сотрудничестве и коллективно, тот же самый ребенок от 5 до 7 лет. умеет делать самостоятельно" [35 , с. 43].

В теоретико-экспериментальной работе Выготского и Шиф предпринята очень интересная развернутая попытка выявить это соотношение между актуальным (достигнутым) и потенциальным уровнями детского развития применительно уже не к дошкольникам, а к учащимся П и IV классов. В указанном контексте и было проведено детальное исследование у детей так называемых житейских (спонтанных) и научных (неспонтанных) понятий.

Как подчеркивает Выготский, спонтанные (т.е. еще не "социализированные", не испытавшие влияния взрослых) понятия изучены в классической работе Ж. Пиаже, который пришел к выводу, что их главной особенностью является отсутствие в них единой системы. Поэтому дети 7-12 лет неспособны осознать те умственные операции, которые они, однако, выполняют правильно, если это не требует специального осознания.

Например, они не могут понять и осознать слова "потому что" даже в простом предложении типа "Я не пойду завтра в школу, потому что я болен". На прямой вопрос о том, что означает здесь "потому что", они отвечают: "это значит, что он болен" и т.д., хотя в обычных условиях они часто и верно используют тот же союз, т.е. употребляют его "спонтанно", неосознанно, непроизвольно. Поэтому — отмечает Выготский — Пиаже характеризует "спонтанное" детское мышление как неосознанное и непроизвольное. Это целиком относится и к детским "спонтанным" представлениям и понятиям. В отличие от них, по мнению раннего Пиаже, может быть выделена еще и другая группа детских понятий, которые возникли под решающим воздействием знаний, усвоенных ребенком от взрослых. Таковы "неспонтанные" понятия, формирующиеся у детей, например, в ходе школьного обучения. Именно их Выготский охарактеризовал как научные и сделал главным предметом своего исследования.

По предположению Выготского, уровень мышления у ребенка более высокий в случае развития научных понятий (например, понятие эксплуатации или революции), нежели житейских (спонтанных) понятий (например, понятие "брат"). Он считает, что эксперименты 1Пиф в общем подтвердили это предположение. Развитие научных понятий у детей опережает развитие спонтанных (житейских) прежде всего потому, что в первом случае мышление развивается не спонтанно, а с помощью взрослых: "Учитель, работая с учеником над темой, объяснял, сообщал знания, спрашивал, исправлял, заставлял самого ученика объяснять. Вся эта работа над понятиями, весь процесс их образования прорабатывался ребенком в сотрудничестве со взрослым, в процессе обучения." [36, Т. 2, с. 257; подчеркнуто мной — А.Б.]. В отличие от научных, житейские (спонтанные) понятия, с точки зрения раннего Пиаже и Выготского, по крайней мере, вначале не связаны с таким сотрудничеством и обучением, а потому формируются "из собственного жизненного опыта ребенка" [там же, Т. 2, с. 192].

Столь резкое исходное различение и противопоставление собственного жизненного опыта ребенка (житейские понятия) и сотрудничества ребенка со взрослым (научные понятия) объясняется тем, что Выготский продолжает развивать, правда, в смягченном варианте общую идею о принципиальном различии у детей так называемых низших (натуральных) и высших (культурных, социальных, опосредствованных речевыми знаками) психологических функций.

Для Выготского научные понятия у ребенка представляют собой один из наиболее ярких примеров именно высших функций, возникающих "в ходе культурного развития ребенка" [36, Т. 2, с, 234], благодаря опосредствованию речевыми знаками, конкретнее, благодаря опосредствованию первичным вербальным определением., которое ученик сразу же узнает от учителя в ходе обучения. Ясно поэтому, что обучение и создает зону ближайшего развития, обеспечивая "наилучшие условия для развития находящихся в зоне ближайшего развития высших психических функций" [36, Т. 2, с. 254]. В таких условиях у ребенка и формируются научные понятия, которые "вносят нечто новое, образуя зону ближайшего развития" [35, с. 115]. Следовательно, именно "чисто социальный" [36, Т. 2, с. 253] уровень детской психики раскрывается с помощью единства всех вышеупомянутых важнейших для Выготского терминов: культурное развитие; высшие (но не низшие) психологические функции, опосредствованные речевыми знаками; обучение и сотрудниче-

ство ребенка со взрослыми; зона ближайшего развития; образование научных (но не житейских) понятий и т.д.

Можно сделать вывод, что, с точки зрения Выготского, понятия обучения и зоны ближайшего развития — это синонимы или даже тавтология. Обучение, по его мнению, специфично лишь для человека, но не для животных, которые способны только к выучке посредством дрессировки. "Животное, даже самое умное, не в состоянии развивать свои интеллектуальные способности путем подражания или обучения... Животное вообще необучаемо..." [36, Т. 2, с. 249]. Обучаем лишь человек, и в школе ребенок обучается прежде всего научным понятиям. В отличие от последних житейские понятия, как мы уже видели, возникают, по мнению Выготского, ю собственного жизненного опыта ребенка, т.е. вначале вне обучения, вне зоны ближайшего развития и потому не являются чисто социальными, не относятся к высшим психологическим функциям. Правда, он прямо не называет их натуральными (т.е. низшими) психологическими функциями, но сопоставляет их с научными понятиями как низшее с высшим.

Впрочем, Выготский приводит реальные и гипотетические кривые развития обоих видов понятий, которые полностью воспроизводят так называемый параллелограмм развития [36, Т. 6, с. 72-73] , характеризующий соотношение именно натурального и культурного (социального, знакового) в психике ребенка. Иначе говоря, особенности натурального развития здесь прямо переносятся на житейские понятия ребенка.

При столь резком исходном противопоставлении житейских понятий (зоны актуального развития) научным (зоне ближайшего развития) неизбежен неустранимый разрыв, дуализм между ними в психическом развитии дошкольника и школьника, хотя сам Выготский стремится раскрыть не только существенные различия, разрыв, но взаимосвязь, преемственность между обоими типами детских понятий. Он соотносит их по двум основным линиям: 1) научные понятия у детей — в отличие от житейских "— характеризуются осознанностью и произвольностью; 2) даже в ходе успешного обучения детей их научные понятия -в отличие от житейских — вначале недостаточно конкретны, поскольку определяющим фактором их формирования является первичное вербальное определение. В соответствии с довольно распространенной тогда (да и теперь) традицией Выготский обычно рассматривает конкретное просто как наглядное, непосредственно данное, чувственное (в свою очередь, нередко отождествляемое с эмпирическим).

В итоге Выготский следующим образом обобщает результаты своего сопоставления житейских (спонтанных) и научных (неспонтанных) понятий: "Развитие научных понятий начинается в сфере осознанности и произвольности и продолжается далее, прорастая вниз в сферу личного опыта и конкретности. Развитие спонтанных понятий начинается в сфере конкретности и эмпирии и движется в направлении к высшим свойствам понятий: осознанности и произвольности" [36, Т. 2, с. 263-264. Подчеркнуто мною — А.Б.].

Следовательно, развитие научных понятий у ребенка, обусловленное их первичным вербальным определением, не начинается в области наглядности и вначале не опосредствуется личным опытом (оно обращается к ним лишь потом, вторично). Но вместе с тем даже этот неустранимый разрыв между научными и житейскими понятиями Выготский пытается как-то смягчить, выявляя преемственность, связь между ними. Она выступает особенно отчетливо, когда оказывается, что по существу научные понятия для Выготского суть осознанные житейские (т.е. научное есть житейское плюс его осознание). Правда, сам Выготский как будто прямо не делает такого вывода, но последний вытекает из детального анализа всех его рассуждений по рассматриваемой проблеме (подробнее см. [21, с. 154-158]).

В то же время эта преемственность между обеими группами детских понятий вновь нарушается, когда Выготский обобщает их соотношение следующим образом: "то, в чем сильны научные понятия, слабы житейские, и обратно — сила житейских понятий оказывается слабостью научных' [36, Т. 2, с. 201]. Например, по словам Выготского, ребенок лучше формулирует и определяет научные понятия, чем житейские.

Думается, что именно в этом пункте рассматриваемая теория зоны ближайшего развития наиболее дискуссионна (но, к сожалению, ее сторонники в огромном большинстве случаев на протяжении всех последних десятилетий избегают научных дискуссий). Ведь поскольку научные понятия возникают из житейских и на их основе, являясь их "осознанием", то в них должны быть использованы (в "снятом" виде) и развиты положительные, сильные свойства генетически предшествующих, т.е. житейских понятий, существенные для дальнейшего умственного развития. Иначе последнее лишается преемственности и потому становится невозможным.

Например, как уже отмечалось, по данным раннего Пиаже, Выготского и Шиф, младшие школьники не могут правильно закончить фразы с житейскими понятиями, обрывающиеся на

союзе потому что , но зато в житейских ситуациях они правильно (хотя и неосознанно) оперируют теми же "понятиями". Последнее признается Выготским за положительную, сильную сторону житейских понятий. Но тогда логично предположить, что поскольку эти понятия осознаются и "преобразуются" в научные, они тем самым не утрачивают, а развивают и дальше свои сильные качества. В житейской ситуации научные понятия у детей должны быть не слабее, а, наоборот, совершеннее. Однако, по мнению Выготского, научные понятия у ребенка в житейской обстановке окажутся такими же несостоятельными, как житейские — в научной ситуации (хотя, казалось бы, правильно только второе, но не первое, если существует преемственность в развитии и научные понятия образуются на основе житейских).

Это неразрешимое и обычно не замечаемое (или даже замалчиваемое) противоречие внутри теории зоны ближайшего развития обнаруживается также и в отношении второго свойства детских понятий — их конкретности (первым их свойством для Выготского являются, как уже говорилось, осознанность и произвольность). Мы уже видели, что Выготский характеризует житейские понятия детей как конкретные, т.е. в его понимании чувственные, эмпирические и т.д., а научные понятия — как абстрактные, не насыщенные конкретностью и обусловленные их "первичным вербальным определением".

< Назад | Дальше >