Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

Антонио Менегетти "Онтопсихология и меметика"

Онтопсихология может во многом помочь, поскольку эта наука открыла существование онто Ин-Се, пребывающего в сфере универсального (горизонт константы FP). Каждое онто Ин-Се обладает автономной жизнью и силой, но в зависимости от среды, в которую попадает, оно подвергается различному историческому аутоктизу, воплощается в виде успешной или проигрышной истории. Само онто Ин-Се всегда остается целостным и спасенным. Но феномен, или информационный процесс, может сложиться по-разному, несмотря на заложенный в его основание разум. Все зависит от причинности, которая действует в среде обитания Ин-Се, от той информации, которую оно исполняет, озвучивает.

Хорошо структурированная типология мемов может преспокойно исказить базовую клеточную информацию в субъекте, то есть изъять базовую программу ДНК от

3 См. главу «Константа Н как антропологический критерий» в книге А.Менегетти «Этический критерий человека», Москва, 1999.

ее собственной информации. Допущение психосоматического скачка обусловлено недостаточным пониманием тех процессов, которые изменяют элементарную информацию гена. Клетка подвергается вводу, добавлению инородной программы, которая не совпадает с клеточной логикой. В сущности, через логико-историческое «Я», человеческий субъект вводит знания, налагающиеся на его экзистенциальную органику. Эти деформирующие знания, навыки, убеждения, поведение предписываются повсюду, где существует человек. И существовать человек может как клетка, мысль, сознание, мораль, секс, волеизъявление, искусство, политика и т.д.

Но, в некотором смысле, машина желает обнаружить себя. Сегодня мы можем вести разговор о мемах, благодаря Oxford English Dictionary 1988 года, в котором задана норматива науки меметики. Если бы «мем» не был определен в данном словаре, то я не смог бы написать эту книгу.

Разум, ясно видящий собственное действие, способен отличить оптическую информацию от меметической. Совпадая с собственным онто Ин-Се, разум человека в состоянии набирать с пульта и управлять любой меметической информацией.

Если человеческий субъект вернет себе архетипический ум, то сможет оперировать в двух системах. Машина может оказаться невероятно услужливой, предоставить высший сервис, поскольку преумножает и продлевает органику человека. Разум единичен в своей простоте, и чем больше у него тел, тем обширнее его история. Машина служит размножению тела истории, но нуждается в хозяйских руках. Когда машина остается один на один с собственными следствиями, то неизбежно оказывается

одноразовой вещью, идущей на выброс.

Машина, управляемая онто Ин-Се, становится множителем жизни. Наоборот, засорившись информационно-роботическим агломератом, машина начинает ставить свои условия хозяину. Сама по себе, машина обладает единством выполняемой операции, но лишена специфической онтической идентичности, не располагает проектом, который устанавливает интенциональность и способен разобраться во многих типах рациональности, похожих друг на друга или же контрастирующих. Разум может пользоваться рациональностью разных типов, а машина обладает только одной из них: при заданных предпосылках, неизбежны определенные последствия. Разум, если это разум, может выделить, убрать или закрепить эти последствия. Но тогда, из чего рождается антропологическая культура: из спонтанности человеческого существа самого по себе или же из свода мемов, которые организуют и обуславливают наши шаги, лингвистику, мировоззрение, мораль, верования? Машина пишет нами, или мы - машиной? Это касается всех явлений - от шутки до молитвы, от невинности до преступления, о

т первых сказок до трагедий с их гамлетовскими вопросами.

Например, из всего многообразия религий только три сопутствуют европейской культуре: иудаизм, христианство и ислам. Каждая из них по-своему велика, каждая почитает своего пророка - Моисея, Христа или Магомета. Но при этом забывается, что отцом всех трех религий является лишь один человек - Авраам. Внимательно читая то немногое, что известно об Аврааме, мы сталкиваемся с другой историей, борьбой, политикой, с другими отношениями поколений. Но мем зафиксировал трех иных эпигонов. Кроме того, сегодня

больше силы имеют церкви, а не тот, кто источает «изо» жизни. Самая тяжкая наша провинность состоит в том, что мы зашифровали свое логико-историческое «Я» так, что олицетворяем отклонение от собственного онто Ин-Се. Мы прошли через шизофрению идеологии, подобной религиозной. Мы отщепились от нашего онто Ин-Се и стали носителями информации, чужеродной для жизни изначального прототипа, для константы Н.

Очевидно противоречие: ученые не подвергают обсуждению самих себя, не проверяют себя, не проходят тренинг аутентификации. Начиная с Аристотеля, Платона, Канта (с его «.Критикой чистого разума»), Святого Августина и т.д., каждый мыслитель полагает само собой разумеющейся точность своего разума. Каждый ученый творит очевидность объекта с целью проверить субъекта. Исследователь излагает свою критику, но сам не заслуживает доверия. Несмотря на это, он закладывает основания науки, создает исторический материализм, позитивизм и т.д. Он придумывает расчеты и затем считает себя точным, если об этом свидетельствуют их результаты.

Постыдная сеть законов постоянно дискредитирует право на частную собственность (и одним прекрасным днем непременно посягнет на право владеть собственным телом). Это доказывает, что мы сами позволяем выгнать себя из дома, из внутренней онтической данности. Все мы ходим под бумажным законом, и бюрократия не находится ни в чьих руках (не принадлежит она и государству). Подобно крысам, мы несемся под лозунги, задуманные как автострады жизни, порядка, совместного жития. Но на деле по этим дорогам можно придти только к спазматической шизофрении, во всех ее формах и проявлениях - от кровопролития до ощущения ментальной оргии. «Кто»

более не существует: есть лишь дороги, ведущие в никуда.

Первые мемы - это слова. Слово является имитацией действия. Мы пользуемся концентрированным словарем, построенным на основе нескольких букв. Но с их помощью мы формализуем целые миры смысла. Действительность Интернета помогает понять, что употребляемые нами слова сфотографированы, то есть соотносятся только с фотонной графикой. Это образы без телесной основы: это оптическая форма, видимая исключительно путем фотонной взаимности, без посредничества рук, органов. Следовательно, мы живем в универсуме, который приводит в действие сам себя с момента своего размещения в органе человека. Машинный алфавит заведует отношениями, общностью, знаниями - всем, что мы рассматриваем как свою цивилизацию. В сущности, мы управляем собой через компьютер, через агломерат вирусов, расположившийся в нашей биологической органике. Он давит на нас своими правилами, программируя всю нашу экзистенциальную реальность. Логико-историческое «Я» пользуется банком данных, оторванных от элементарной программы своего онтического прототипа. Поэ

тому нами манипулирует программа социального мнения. Мы контролируемся суперкомпьютером, который объективирует бюрократию клонирования. Усваивая уроки своей мамы или первой учительницы, мы вгоняем себя в строго заданное русло и утрачиваем иерархию ценностей, возглавляемую высшим интересом жизни.

Онто Ин-Се- это базовая информация космоса, то есть единственная зацепка, единственная информация, открывающая нам космическо-универсальную сокровенность жизни самой по себе. Соглашаясь на эту

информацию, мы становимся жизнью. Напротив, поглощая вирусную информатику, мы неизбежно формализуем смертоносную раковую опухоль собственного существования.

Отстраняясь от бюрократии социального мнения, от заурядной меметики, мы получаем возможность восстановить собственное единство действия, ведущее свое происхождение от космического проекта жизни «в себе». Следуя формализации своего оптического проекта, мы получаем возможность исторического аутоктиза, приводящего к полной самореализации. Исходная интенциональность претворяется в исполненном акте. И тогда мы можем идентифицировать себя с первоначалом жизни, присвоить его, им стать. Бытие притворяется бегом становления для того, чтобы повстречаться с собой; и в этой встрече оно - вечно. В экзистенциальном смысле происходит эволюционная, любовная игра,· разворачиваются ликующие игрища между бытием и существованием. Это событие случается там, где существую я. Единственным носителем жизни является генетическое, которое не есть ни ген «в себе», ни мем «в себе». Это знак, который передает эпистему; это слово, которое творит жизнь; это сакраментальный символ, или знак, который отражает вектор оптической интенциональнос

< Назад | Дальше >