Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

Додонов Борис Игнатьевич "Эмоция как ценность"

На других важных аспектах проблемы типа останавливаться пока рано. К их анализу мы вернемся после того, как будет изложен необходимый для этого фактический мате­риал. Сейчас же перейдем к рассмотрению непосредственно интересующих нас типов общей эмоциональной направленности людей (типов ОЭН).

Прежде всего обратим внимание на то, что в своем выделении таких типов мы по­шли именно тем путем, который выше при­знали лучшим. Мы исходили из гипотезы, что фиксация в сознании индивида пред­ставления o тех или иных переживаниях, как наиболее желанных и ценных, является сущностной особенностью личности — при­чинным фактором, который должен сказать­ся на очень многих ее проявлениях. А это уже надлежало доказать опытным путем, способным не только подтвердить правиль­ность типологии, но и как бы количественно измерить ее значимость. Ведь формально безупречные классификации личности мож­но фабриковать без конца. Но право на су­ществование в качестве научных они имеют лишь при условии, что охватывают и объяс­няют достаточно широкий диапазон лично­стных проявлений.

Определить, насколько психологически весомы выделенные нами типы, — таково было основное назначение наших эмпири­ческих изысканий. Оно обусловило и их стратегию — меньше всего мы стремились исследовать все черты каждого типа ОЭН или все подробности проявления хотя бы одного из них. Наша задача была сходна с задачей геологической разведки новых тер­риторий, которая не разрабатывает недра, а лишь стремится установить, насколько они богаты полезными ископаемыми; как и для нее, нам достаточно было одних лишь на­дежных “пробных образцов”, из этих недр извлеченных.

Здесь не место подробно обосновывать примененные нами исследовательские мето­дики. Скажем только, что точкой отсчета в этих исследованиях служило убеждение в неправомерности того разделения методов психологии на субъективный и объектив­ный, которое первоначально было выдвину­то интроспекционистами, а затем некрити­чески воспринято и их идейными противни­ками.

Объективный метод исследования психи­ки обеспечивается отнюдь не тем, что иссле­дователь отказывается судить о пережива­ниях человека на основе его высказываний. Действительно объективный метод — это путь движения к истине через установление устойчивого соответствия нескольких разно­порядковых рядов фактов. Не способ полу­чения первоначальных данных, но “ход по­знания приводит его к объективной ис­тине”1.

Всего в исследованиях, на которые мы далее станем ссылаться, участвовало свыше тысячи молодых людей — студентов, стар­ших школьников и учащихся ПТУ.

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 29, стр. 189.

Репрезентативные типовые группы со­здавались во всех случаях на основе извест­ной читателю тест-анкеты, с помощью кото­рой можно было получить легко трактуе­мые результаты на первоначальном этапе познания выделенного в нашем исследова­нии аспекта личности.

Десять типов ОЭН, зафиксированные тест-анкетой, встречались среди наших ис­следуемых с разной частотой. Самым рас­пространенным оказался коммуникативный тип. К нему принадлежала почти половина исследованных девушек и немного менее 25% юношей. Другими нередко встречавши­мися типами у юношей были праксиче­ский, пугнический, альтруистический, гнос­тический; у девушек — альтруистический” праксический, эстетический и гностичес­кий.

Однако их частота значительно (и явно не случайно) варьировала в разных группах молодежи и на разных факультетах у сту­дентов. Некоторое представление об этом могут дать хотя бы такие цифры. Среди сту­денток филфака процент с близкими комму­никативной и альтруистической направленностями равнялся 81, в то время как к праксическому и гностическому типам отно­силось только 5% девушек. На физическом и математическом факультетах соответству­ющие показатели выражались у девушек цифрами 53% и 28%, а у юношей — 28% и 44%.

Прежде чем перейти к обзору эмпириче­ских исследований типов ОЭН, обратим внимание на следующее обстоятельство. Хотя в соответствующем контексте и допустимо го­ворить об определенной направленности че­ловека, подразумевая под этим определен­ный ее тип, тем не менее указанием на по­следний содержание направленности лично­сти еще далеко не исчерпывается. Тип ОЭН — это только ведущая характеристика направленности, репрезентант ее как цело­стности. Но для того чтобы охарактеризо­вать эмоциональную направленность лично­сти достаточно исчерпывающе, необходимо, во-первых, учесть всю иерархию “ценных” переживаний субъекта, а не одно только до­минирующее по своей привлекательности пе­реживание; во-вторых, определить те деятель­ности, в склонностях к которым потребность в данных переживаниях фиксируется и реа­лизуется; в-третьих, установить (главным образом с помощью компонентного анали­за), как все эти склонности предметно и эмоционально соотносятся друг с другом и с типом ОЭН.

Кроме того, нельзя упускать из виду, что сама эмоциональная направленность есть лишь абстрагированная сторона кон­кретно направленного индивида, проявление которой в большой мере определено тем, с какими его морально-мировоззренческими программами она взаимодействует, как она “сцеплена” с ними в его процессуально-целевых интересах, в его мечтах и воспомина­ниях.

2. Типологические проявления эмоциональной направленности личности

Почти все выделенные нами типы ОЭН в социальном отношении более или менее рав­ноценны. Некоторое исключение в худшую сторону, возможно, представляют только глорический, гедонистический и акизитивный типы, хотя и это утверждение не может быть абсолютизировано.

Тем не менее различия в эмоциональной направленности накладывают глубокий от­печаток на весь строй духовной жизни ин­дивидов. Правомерность отнесения подобно­го рода различий в духовном облике людей к фактору эмоциональной направленности проверялась нами, как было указано в пре­дыдущем параграфе, в целой серии массо­вых эмпирических исследований.

Самое первое из таких исследований бы­ло посвящено вопросу о влиянии типа ОЭН людей на общие особенности их эмоциональ­ного самочувствия. В данном случае нас ин­тересовали не только те эмоции, которые “запроектированы” в различных склоннос­тях человека, но и вся его эмоциональная жизнь в целом.

Ради выяснения этого наши исследуемые наряду с определением своего типа до тест-анкете работали со специальным опросником, ответы на который раскрывали содер­жание их наиболее частых переживаний — приятных и неприятных, вызванных внешними ситуациями и оценкой собственного поведения.

Результаты исследования доказали, что принадлежность человека к тому или иному типу ОЭН действительно заметно сказыва­ется на общей “архитектонике” его эмоцио­нальной жизни. Главная тенденция состоит в том, что каждый тип имеет присущую ему основную “плоскость” колебания самочувст­вия от счастливого до несчастного. Для “альтруистов” она лежит в координатах пе­реживаний единения с людьми — отчужде­ния от них; для “романтиков” в координа­тах необычайности -- обыденности и т. п. В полярности этих координат есть один принципиально важный момент: она не вполне равнозначна той полярности, с кото­рой мы сталкиваемся в обычном подразде­лении эмоций на положительные и отрица­тельные. Так, для “альтруистов” реализуе­мые в альтруистических действиях жалость и сострадание часто ближе лежат к положи­тельному полюсу координат, чем к отрица­тельному1.

“Эмоции несчастья” для каждого типа — это не просто “страдание” это — обобщен-

1 Такой характер “альтруистического счастья” смущал многих, ибо казалось, что в этом кроется вечто безнравственное. Дж. Ст. Милль так описы­вает свое самочувствие, когда он осознал, что не сможет быть счастлив, если исчезнут люди, нуж­дающиеся в его помощи: “Я обмер, рушилось все, что поддерживало меня в жизни” (цит. по: И. И, Мечников. Этюды оптимизма. М., 1964, стр. 227). На самом деле подобная постановка вопроса искусственна и равнозначна тому, как если бы врач, любящий свое дело, стал терзаться от мысли, что ему для счастья нужны болезни, а судья — что ему нужны преступления.

< Назад | Дальше >