Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

Додонов Борис Игнатьевич "Эмоция как ценность"

отнюдь не отрицали важной роли наслажде­ния в жизни людей. Они прямо говорили о существовании потребности в наслаждении, неудовлетворение которой тяжело пережи­вается человеком. Так, по их млению, у про­летариата “из-за длинного рабочего дня... потребность в наслаждении была доведена до высшей точки...” 1.

Но Маркс и Энгельс не остановились на простой констатации факта возможности мо­тивации поведения желанием получить удо­вольствие. Они показали, что сами эти удо­вольствия носят преходящий исторический характер. Для общества, разбитого на анта­гонистические классы, типично то, что на­слаждения всех его “сословий и классов должны были вообще быть либо ребячески­ми, утомительными, либо грубыми, потому что они всегда были оторваны от общей жиз­недеятельности индивидов, от подливного содержания их жизни и более или менее сво­дились к тому, что бессодержательной дея­тельности давалось мнимое содержание”2.

Естественно, что в будущем коммунисти­ческом обществе положение должно корен­ным образом измениться так, чтобы наслаж­дение стало составной частью “общей жиз­недеятельности” людей.

Из других высказываний К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина мы знаем, что высшим источником наслаждения при ком­мунизме должен прежде всего стать челове­ческий труд.

1 Я. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 3, стр. 419.

2 Там же.

Но эти положения классиков марксизма в корне меняют понимание как роли на­слаждения в жизни людей, так и его сущности.

Во-первых, то, что в норме должно стать существенной составной частью “общей жизнедеятельности” человека, не может бо­лее третироваться как нечто второстепенное, как некоторый “довесок” к основной жизни людей, ассоциируемый с известной поговор­кой “делу — время, потехе — час”. Во-вторых, наслаждение в этом случае выступает перед нами в значительно ином виде, чем оно представлялось психологическим гедонистам. Для них наслаждение всегда было равно­сильно более или менее пассивному блажен­ству, “отдохновению”, “неге”, комплексу од­них положительных эмоций, возникающих в результате разрядки напряжения. Но к на­слаждению как компоненту трудовой дея­тельности такие характеристики не приме­нимы. Всякий труд труден. Он не может приносить лишь одни положительные эмоции и тем более не может вести к отдохновению, разрядке влечений, “райскому блаженству”. Наоборот, в нем не избежать напряжения, огорчений, эмоциональных стрессов — всего того, что зовется “муками творчества­”. На­слаждение, доставляемое трудом (как, впро­чем, и многими другими видами содержа­тельной деятельности), является поэтому весьма сложным и неоднородным по своему эмоциональному составу переживанием, тя­готение к которому уже не может квалифи­цироваться как “само собой очевидное”. Наслаждение трудом выступает как ком­плекс эмоций, положительная ценность ко­торых отнюдь не совпадает полностью с их “знаком” в функции оценок.

Таким образом, мы вновь возвращаемся к факту той парадоксальности эмоций как ценностей, с какой мы уже сталкивались, анализируя некоторые лирические призна­ния поэтов. Но возвращаемся теперь в уве­ренности, что имеем дело не с отдельными “казусами”, а с действием какого-то еще не раскрытого психологического закона. Загад­ка влечения к переживаниям вновь встает перед нами со всей остротой и притягатель­ностью.

Теории гедонизма, как мы убедились, не способны продвинуть нас в решении этой за­гадки. Но зато марксистская критика гедо­нистической этики, высказывания Маркса, Энгельса, Ленина о наслаждении и труде да­ют нам надежный компас для того, чтобы не сбиться в своих поисках с правильного курса.

3. Потребность в эмоциональном насыщении как природная основа ценности эмоций

Рассмотрев основные тезисы концепций гедонизма, мы убедились, что они не помога­ют решению проблемы ценности эмоций, а скорее затушевывают ее. Существуют, од­нако, две другие области психологических

изысканий, откуда можно почерпнуть важ­ные для правильного подхода к этой пробле­ме данные. Мы имеем в виду накопленный современной психологией печальные наблю­дения за последствиями отрыва ребенка от матери, с одной стороны, и исследования во­проса о так называемой сенсорной деприва­ции — с другой.

Размеры настоящей книги не дают нам возможности сколько-нибудь полно изло­жить соответствующий материал. Поэтому, касаясь первой группы наблюдений, скажем только, что, как выяснили американские, западноевропейские, а также польские психологи, потребность младенца в интимном контакте с матерью столь велика и значительна, что при его отсутствии никакие, даже идеальные гигиенические условия этой потери возместить не могут (если только места матери не занимает другая женщина). Дети в таком случае плохо развиваются, часто бо­леют, дают высокий процент смертности, а если и выживают, то до конца жизни отличаются ущербной эмоциональностью, “холодностью”, низкой способностью к сопе­живанию и сочувствию и т.д.

Что же касается явлений сенсорной де­привации, то они наблюдаются при резком

1 См. К. Обуховский. Психология влечений человека. М., 1972; Н. Bakwin. Emotionaldeprivation in infants.— “Journal of Pediatrics”, 1949, №35; J. Bowlby and J. Robertson. A two-year child goes to hospital.— “Mental Health and Infant Develop­ment”. N. Y., 1956.

ограничении притока раздражителей, воз­действующих на органы чувств человека или животного. Экспериментально “сенсорный голод” вызывался у взрослых людей путем помещения их в специальные звуконепрони­цаемые кабины (сурдокамеры) с неизмен­ными освещением, температурой и общей обстановкой. По данным, сообщенным в “Эн­циклопедии человеческого поведения” Р. М. Голденсона, на первых порах боль­шинство испытуемых чувствует себя в такой обстановке хорошо, некоторые испытывают удовольствие. Однако уже через несколько часов отсутствие новых впечатлений начи­нает угнетать. Возникает беспокойство, ску­ка, раздражение. В некоторых случаях по­является все усиливающийся страх, дости­гающий у отдельных лиц уровня паники. Наблюдаются парадоксальные явления в сфере восприятия. Тишина “начинает зву­чать”. По словам одного испытуемого, для него “тишина была столь громкой, что, ка­залось, нож пронизывает барабанные пере­понки”. Одновременно возникают зритель­ные иллюзии и галлюцинации. Становится все труднее контролировать свои мысли и в конце концов испытуемые погружаются в грезы и фантазии1.

Как мы видим, ни первая, ни вторая группа рассмотренных психологических изы­сканий не нацелены прямо на исследование эмоций. Явления нарушений психики, кото-

1 R. М. Goldenson. The Encyclopedia of Human Behaviour, vol. 2. N. Y-, 4970.

рые в них выявились, несомненно, имеют сложную и неоднозначную детерминацию. Однако подробное ознакомление с данными тех и других исследований заставляет серь­езно подозревать, что среди причин, вызы­вающих описанные нарушения, было и от­сутствие разнообразия эмоциональных пере­живаний.

< Назад | Дальше >