Разделы сайта

Главная Метод беседы в психологии Потерянный и возвращенный мир (история одного ранения) Проблемы психологии субъекта Психология власти Психология самоотношения Эволюционное введение в общую психологию Психология личности: Учебное пособие. Хрестоматия по психологии Онтопсихология и меметика Алгебра конфликта Описание соционических типов и интертипных отношений Основные проблемы психологической теории эмоций Конфликтующие структуры Варианты жизни Психология переживания К постановке проблемы психологии ритма Понятие «самоактуализация» в психологии Описательная психология Лекции по психологии Трагедия о Гамлете, принце Датском У. Шекспира Эмоция как ценность Психологические концепции развития человека: теория самоактуализации Роль зрительного опыта в развитии психических функций Эволюция и сознание Психология жизненного пути личности Психология эмоциональных отношении Основы психолингвистики Как узнать и изменить свою судьбу Влияние мотивационного фактора на развитие умственных способностей Общая психология Когнитивная психология Открытие бытия Человек и мир Психология религий Методологический аспект проблемы способностей Трансцендентальная функция Методологический анализ в психологии Загадка страха Глубинная психология и новая этика Кризис современной психологии: история, анализ, перспективы.

Реклама

Реклама

Здесь могла быть ваша реклама

Статистика

Додонов Борис Игнатьевич "Эмоция как ценность"

Этот взгляд на организацию активности организма и личности вполне согласуется и с мнением представителей естественных наук. Согласно П. К. Анохину, например, “организм как открытая система активно ищет для своих “входов” точно запрограмми­рованных ее обменом веществ недостающих компонентов”2. По мнению Н. П. Дубинина, “программа для человека”, которая “зада­ется при воспитании... формирует поведение [его] в семье и обществе” 3. Закрепившиеся, устойчивые программы жизнедеятельности человека постоянно дополняются экстренно образуемыми временными программами (“квази-потребностями”, по Курту Левину), учитывающими специфику тех ситуаций, в которых приходится реализовывать основ-

ные программы. Так, например, основная Программа снабжения организма кислородом, осуществляемая обычно автоматически, до­полняется программой определенных осоз­нанных действий, если дышать человеку ста­новится явно трудно. В этих случаях возника­ет потребность открыть форточку или выйти из душного помещения на улицу и т. д. Толчок для развертывания цепи познавательных, эмоциональных и волевых процессов, необходимых для формирования в нашем мозгу дополнительных программ жизнедеятельности, дают потребностные состояния. По­следние, таким образом, непосредственно отражают не объективные нужды человека, как это часто утверждается, а ход реализации его программ-потребностей, которые сами формируются в конечном счете в результате отражения его объективных нужд. Состояния нуждаемости, как уже отмечалось, есть сигнал того, что осуществление этих программ почему-либо приостановилось и требуется принятие срочных мер, чтобы исправить положение. Поэтому одна и та же потребность человека (например, пищевая) дает о себе знать через трудно определимое множество разных потребностных состоя­ний: одно — когда человек давно не ел; дру­гое — когда он переел; третье — когда он съел не то, что надо, и т. д.

Формируемые в ответ на такие сигналы дополнительные программы поведения в об­щем ведут себя так же, как и основные, и в свою очередь могут потребностно пережи­ваться и дополняться вторичными “программными достройками”. Однако в отличие от основных программ-потребностей временные программы (намерения, “квази-потребнос­ти”) живут недолго и стираются мозгом тот­час после их реализации.

В соответствии с такими механизмами нашей активности можно выделить два пер­вых вида ценностных ориентации человека: простые ценностные ориентации, определяе­мые устойчивыми потребностями, и гасну­щие ценностные ориентации, определяемые временными программами-потребностями.

В механизме дополнения постоянной программы-потребности временной особен­но важную роль играют рождаемые первой оценочные отношения к создавшейся ситуа­ции и включенным в нее объектам. Такого рода отношения чаще всего, выполнив свою роль, угасают. Но в определенных случаях (при очень интенсивном или неоднократном их переживании) они могут закрепиться в личности и эмансипироваться от породив­шей их потребности. Такие эмансипирован­ные отношения, подобно следам прошлых восприятий, могут пребывать как в потенци­альном, так и актуальном состояниях. В по­следнее состояние их приводит повторная встреча с объектом, когда-то уже стоявшим в определенном объективном отношении к потребностям человека, а теперь “пробуж­дающим” отразившую их тогда эмоцию уже вне реальной связи с этими потребностями. Тем не менее актуализация таких эманси­пированных отношений способна также вы­звать у человека определенные ценностные ориентации, которые назовем воспроизводымыми. Они не носят постоянного характера, как ориентации, за которыми стоит закрепленная потребность, но и не являются одно­разовыми как гаснущие ценностные ориен­тации.

Наконец, последний вид ценностных ори­ентации возникает на следующей основе. Определенные субъективные отношения че­ловека (как психологические, оценочные, так и практические, действенные) могут не только эмансипироваться от поро­дивших их объективных потребностей, но и постепенно стать для личности самодовлею­щей ценностью. В этом случае индивид спе­циально программирует осуществление та­ких “ценных отношений” на будущее.

Программы отношений человека к дейст­вительности (или, что то же самое, потреб­ности в определенном отношении к ней) мо­гут иметь разную форму.

В убеждении программа отношения человека к действительности выражена в форме эмоционально окрашенного вербаль­ного самонаказа: “Жизнь дается один раз, и прожить ее надо так...” В идеале —в фор­ме наглядного примера: сделав своим идеа­лом П. Корчагина, юноша старается так же относиться к своему народу, товарищам, тру­ду и трудностям, как и он. В интересе в форме представления о предмете и дея­тельности, посредством которых данное от­ношение к миру может актуализироваться и реализоваться. Но во всех этих случаях мы сталкиваемся не просто с устойчивым отношением человека к чему-либо; а именно с запрограммированной установкой на такое отношение, за которое он готов бороться не только с другими, но и с самим собой. Про­сто закрепившееся эмансипированное отно­шение — реактивно (отзывчивость). Потреб­ность в отношении активна (стремление по­могать людям).

Важной особенностью таких зафиксиро­ванных в программах личности ориентации человека на те или иные отношения к миру является то, что эти ориентации часто мас­кируют свою сущность, проявляясь внешне через ориентации на определенные предмет­ные ценности как средства осуществления “ценных отношений” и при поверхностном взгляде могут быть смешаны с простыми ориентациями. Однако в действительности эти два вида ценностных ориентации так же разнятся друг от друга, как разнится, ска­жем, направленность помыслов на пищу у гурмана и у изголодавшегося человека.

Для лучшего понимания особенностей предметных ориентации, создаваемых по­требностями в отношении, рассмотрим сле­дующий пример.

Коллекционер картин (как, впрочем, и всякий иной коллекционер) непосредствен­но ориентирован как будто бы на вполне материальные объекты. Но эти материаль­ные объекты, разумеется, ценны для него не своими материальными качествами, а спо­собностью возбуждать у него эстетические переживания. Кроме того, сама “охота” за полотнами живописи (репродукциями, марками и т. п.), равно как и изучение, разме­щение и демонстрация своих приобретений, представляет для коллекционера способ осу­ществления целого ряда других возможных ценных для него отношений к действитель­ности — начиная с познавательных и кончая отношениями самоутверждения. Коллекцио­нер потому и “ненасытен” в своей деятель­ности, что, приобретая материальные ценно­сти, он, по существу, удовлетворяет потреб­ность в определенных отношениях к миру. И удовлетворяет именно до тех пор, пока приобретает, изучает, обрабатывает, демон­стрирует, — одним словом, действует, ибо отношение по своей природе процессуалъно, оно есть психическая и практическая деятельность.

В последние годы в психологии все чаще стали говорить об особой категории “ненасыщаемых” потребностей; однако, если вду­маться, это выражение не является точным с содержательной точки зрения. Всякая ис­тинная (не “квази-”) потребность одновре­менно и ненасыщаема (в том смысле, что ее нельзя однажды удовлетворить раз и на­всегда, а необходимо постоянно или систе­матически удовлетворять) и насыщаема, ибо для истинной потребности возможна та­кая степень удовлетворения на данный мо­мент, за которой уже последует перенасы­щение. Впечатление же не насыщав мости некоторых потребностей создается вследст­вие того, что они удовлетворяются лишь “ценным отношением”, а последнее, чтобы существовать, должно непрестанно вовлекать в свою сферу все новый и новый круг объектов. Поэтому если естественную по­требность в ее связи с удовлетворяющими ее ценностями можно сравнить с ровно горя­щим огоньком свечи, то “потребность в от­ношении” надо уподобить пламени пожара, перебрасывающегося с одного объекта на другой и оттого при подходящих условиях без конца расширяющего радиус своего дей­ствия.

То же самое верно и по отношению к разным видам деятельности людей. Возьмем в качестве примера хотя бы Островского-Корчагина (автор так слит со своим героем, что не хочется их разъединять). Борьба с белогвардейцами в рядах красной конницы, участие в строительстве железной дороги, партийная работа, литература — последова­тельная ориентация молодого коммуниста на все эти совершенно разные формы дея­тельности была для него исполнением одной и той же программы отношения к жизни: борьбе за освобождение человечества.

Ценностные ориентации, создаваемые по­требностями в отношении, мы будем назы­вать проникающими ориентациями, поскольку одна и та же ориентация этого вида может выражать себя, проникая в очень раз­ные сферы материальных и духовных объ­ектов и деятельностей. Проникающие ориентации — наиболее важный вид ценностных ориентации. Именно они в своей соподчиненности и скоординированности друг с другом образуют, по нашему мнению, тот ве­дущий компонент в структуре личности, ко-

торый следует характеризовать как ее направленность.

Направленность личности имеет две сто­роны: морально-мировоззренческую и эмо­циональную. Первая из них, по существу, уже рассмотрена во многих работах, напри­мер в тех, где исследовались коллективисти­ческий и индивидуалистический типы на­правленности1. Вторая сторона, связанная с ориентацией личности на определенное ка­чество отношений-переживаний, будет рас­смотрена в данной книге.

Выделяя эти две стороны проблемы, сле­дует, однако, помнить, что они расчленяют­ся лишь в абстракции, а реально направлен­ность личности есть единое сложное образо­вание психической сферы человека, обуслов­ливающее не реактивное, а активное пове­дение индивидуума, внутреннее единство и последовательность его целей, преодолеваю­щее случайности жизненных ситуаций. Именно благодаря этому решающему компо­ненту — своей направленности — зрелая лич­ность (если воспользоваться сравнением) становится похожей не на щепку, плыву­щую по течению, а на корабль, который воп­реки бурям и ураганам, твердо идет своим курсом.

Мы кратко описали тот концептуальный “подтекст”, в рамках которого станем рас-

1 См. Л. И, Божович. Личность и ее формиро­вание в детском возрасте. М., 1968; Т. Е. Конни­кова. Формирование общественной направленности личности как педагогическая проблема.— В сб.: “О нравственном воспитании школьника”. Л., 1968.

сматривать специально, интересующую нас разновидность проникающих ценностных ориентации — ориентацию людей на опреде­ленные переживания, придающие дополни­тельную ценность вызывающим их объек­там и деятельностям.

< Назад | Дальше >